сми о нас

 

СМИ О НАС

Присоединяйтесь к нам в Facebook и получайте новости первыми!

  Facebook

Эксперт

2can сокращает наличность
 Николай Жмуренко, 38; Юрий Владимиров, 38; сфера деятельности - эквайринг; стартовые вложения $ 300 000 (инвестиции основателей); $ 2 000 000 - венчурные инвесторы, привлеченные в А-раунде: nVenture Partners, Almaz Capital, группа ЕСН, бизнес-ангелы.

В России 80% операций по банковским карточкам — это снятие наличных. В США и Европе ситуация обратная. У нас в день зарплаты каждый второй россиянин тут же полностью обналичивает ее в ближайшем банкомате. На состоянии банков пустые счета сказываются не лучшим образом. Примерно год назад представители Ассоциации российских банков почти ультимативно потребовали от Минфина принять меры для стимулирования безналичных расчетов. Однако, по словам президента некоммерческого партнерства «Национальный платежный совет» Андрея Емелина, «для потребителя самый главный стимул использования карты — возможность ее использования». Но как раз инфраструктуры в России нет (примерно 4 тыс. точек на 1 млн населения, в Европе и США — 22–25 тыс. точек). Даже в столице, не имея в кармане наличных денег, ни в такси не проехать, ни продуктов на рынке не купить. Да и в ряде других сегментов малого бизнеса не всегда установлено оборудование для приема карт. Банкам экономически не выгодно предоставлять точкам с небольшим или нерегулярным оборотом традиционные дорогостоящие POS-терминалы.
 
Маленькое решение большой проблемы
 
Недостатки эквайринговой инфраструктуры заметил Николай Жмуренко. Одновременно он подсмотрел и решение: в начале 2010 года американский предприниматель Джек Дорси (создатель Twitter) основал компанию Square, которая занимается внедрением и обслуживанием облегченной системы приема платежных карт. Продукт компании — программное обеспечение вкупе с мини-терминалом, которое через аудиоджек подключается к обычному смартфону. С таким мобильным вооружением предпринимателю (а устройство может использовать только зарегистрированный предприниматель) легко обрабатывать транзакции там, где это удобно его клиенту, хоть в прыжке с парашютом или сидя в засаде на охоте — был бы выход в интернет. Через полтора года у проекта было около 1 млн клиентов (сейчас их уже более 3 млн), и почти сразу разработкой европейского аналога занялась шведская компания iZettle. «Я наблюдал, как развивался Square и какой был спрос, даже несмотря на то, что проникновение карт в США одно из самых больших в мире. Я пришел к выводу, что хотел бы сделать такой проект в России», — вспоминает Николай. Загоревшись идеей, Жмуренко оставил свою должность финансового директора в телекоммуникационной компании и в ноябре 2011 года начал формировать команду для реализации проекта. В партнеры и соинвесторы он взял еще одного бывшего финансового директора — Юрия Владимирова, вместе они инвестировали в общее дело порядка 300 тыс. долларов. Далее команда пополнилась еще двумя специалистами. Объединив компетенции — в разработке программных продуктов, в традиционном эквайринге, телекоме — и знания в финансовой сфере, к концу зимы 2012 года команда из четырех человек под собственным брендом «Смартфин» начала внедрять технологию на российском рынке. «Первые деньги — наши — пошли на разработку системы для смартфонов на Apple iOS и Android, а также на программное обеспечение — это наш предпроцессинговый центр», — рассказывает Николай Жмуренко. К осени 2012 года появился готовый продукт — полный аналог американского — платформа 2can.

Карточная индустрия сложная и специфическая. Бизнесмены поняли, что делать такой проект без поддержки платежных систем неправильно. Успех американской компании подготовил почву и для россиян: предприниматель рассказывает, что заручиться поддержкой крупных партнеров оказалось довольно просто: «Мы связались с Visa и MasterCard, которые, собственно, являются регуляторами безопасности — компаниями, которые принимают решения: что можно делать, а чего нельзя. Рассказали им, что хотим повторить проект, уже работающий в США и разрабатывающийся в Швеции. Хотели узнать, будут ли они поддерживать такой проект в России. Они ответили, что слышали о проекте и им интересно. И они готовы помогать — советами, комментариями, как сделать правильно».
 
Советы бывалых
 
Российской компании сразу же посоветовали изменить подход к безопасности сервиса: «Поменяли подход к кардридеру. Раньше мы думали, что данные будут шифроваться уже только в смартфоне, после получения, чтобы дальше уже отправлять их по сети на наши серверы. Платежные системы посоветовали не допускать поступления в смартфон незашифрованных данных, поскольку есть опасность: мы не можем знать, какие еще приложения есть на смартфоне, не будут ли они копировать информацию».

Хотя, конечно, убедить человека прокатать свою карту через чужой смартфон все равно трудно. И это странно — в ресторане же, к примеру, мы не боимся вручать свою карту официанту, расплачиваясь по счету. А о том, что он с ней делает и что с нее списывает, даже не задумываемся. «Риски возникают те же самые, что и у любого POS-терминала — рассуждает Андрей Емелин, — возможность вмешательства в его деятельность, использование вредоносных программ для вмешательства в функционирование этого устройства. Ну и, несомненно, попытка использования устройства для совершения незаконных операций».
 
При этом единственное отличие мини-терминала от своего «большого брата» — размер.
 
Принцип работы тот же. «Мы попадаем в очень простое меню. В разделе “Платежи” мы видим сумму и назначение платежа. Нам предлагают на экране прокатать карту. Кардридер расшифровывает данные, считанные с карты, и передает их на смартфон уже в зашифрованном виде. В смартфоне открытые данные не хранятся», — рассказывает Жмуренко. Банком-эквайером, обеспечивающим операцию по приему карт, выступает Промсвязьбанк.
 
Еще один совет, который компания «Смартфин» получила от партнеров, связан непосредственно с распространением продукта: «Мы думали, что сами будем распространять — онлайн, офлайн — через магазин. От платежных систем получили совет пообщаться с банками, которые сотрудничают с малым и средним бизнесом, — они уже интересовались подобным сервисом, ждали появления такого в России». У банков есть своя база, которой они хотят предоставлять услуги эквайринга, но так как эти клиенты маленькие, тратиться на традиционные терминалы им невыгодно. С рядом клиентов работают напрямую: для страховых компаний, таксопарков и так далее мы предоставляем кастомизированные решения, учитывающие специфику их бизнеса», — говорит Николай Жмуренко.
 
Осенью 2012 года, после того как компанию поддержали регуляторы, «Смартфин» привлекала первый раунд инвестиций — 1,6 млн долларов от венчурного фонда InVenture Partners и около 400 тыс. долларов от Almaz Capital и группы ЕСН. Деньги были направлены в доработку софта и распространение сервиса, в построение клиентской и техподдержки и в настройку бизнес-процессов.
 
Калькулятор
 
Свои устройства-кардридеры компания «Смартфин» заказывает в Азии, но к маю этого года будет выпущена первая партия российского производства. Пока эти насадки компания раздает предпринимателям бесплатно (в перспективе планируется их продавать).
 
Софтом тоже не торгуют. Подключение к сервису бесплатное, арендной платы нет — предприниматель платит, только если пользуется сервисом, то есть зарабатывает компания на проценте с операций. Ставка — 2,75%. Эта комиссия делится между банком-эквайером, платежными системами, банком — эмитентом карты и компанией «Смартфин». Причем первые забирают львиную долю, «Смартфину» достается не более 0,75%, и это, по нашему мнению, самый оптимистичный вариант.
 
Сервис выведен на рынок недавно: в конце сентября получено разрешение от Visa и MasterCard, в четвертом квартале на небольшой клиентской базе проходила тестовая эксплуатация и доработка сервиса. Бизнес-процессы как таковые начались только с января 2013 года. Поэтому говорить о больших финансовых достижениях пока рано. Но за несколько месяцев работы уже зарегистрировано более 2 тыс. клиентов. Суммы в чеках начинаются от 100 рублей и доходят до 40 тыс. рублей.
 
В команде работает около 30 человек — разработчики и продавцы. Команда из четырех первых разработчиков владеет акциями. Отвечая на вопрос о размере зарплат, Николай Жмуренко сказал: «Рыночные». Что ж, «ярмарки вакансий» показывают, что это порядка 80 тыс. с учетом НДФЛ. Выходит, в месяц персонал обходится примерно в 2,4 млн рублей. С учетом социальных выплат выходит примерно 35 млн в год.
 
По статистике, для стартапов это, как правило, 60–70% всех расходов.
 
Размещается компания в технопарке — там для стартапов обычно действуют определенные льготы — по части аренды и оборудования. Поэтому остальные 30% расходов — это продвижение и маркетинг, хостинг, аутсорсинговые услуги. Выходит порядка 15 млн в год. Итого работа компании обходится примерно в 50 млн в год.
 
Получается, что «Смартфину», зарабатывающему 0,75% объема проведенных операций, чтобы выйти в ноль, в год нужно проводить транзакций примерно на 6–7 млрд рублей.
 
Планы
 
В любом новом бизнесе важно быть первым. Сегодня даже в России сфера мобильного эквайринга уже достаточно конкурентна — с момента запуска сервиса 2can появилось еще несколько аналогичных решений. Некоторые из них, не получив поддержки инвесторов, даже успели уйти с рынка. «Смартфин» рассчитывает выйти на точку безубыточности к концу 2014 года. Впрочем, в стартапе четкие бизнес-модели строить бессмысленно. Сроки могут оказаться совсем другими.               

08.04.2013
Источник

Просто и быстро!


Подключиться к 2саn очень просто. Заполните заявку на сайте, и в
течение одной недели Вы сможете начать принимать платежи
по пластиковым картам Visa и MasterCard..